Глимейда В.В. Применение технических средств и цифровых технологий при производстве следственных действий: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2024. 22 с.

Научная новизна диссертационного исследования

состоит в следующем:

– выделены сущностные признаки и на их основе разработаны авторские определения базовых для науки уголовного процесса и законодательной основы уголовного судопроизводства понятий «техническое средство», «технология», «цифровая технология», «дистанционная технология», «дистанционное следственное действие», «видео-конференц-связь»;

– автором выдвинута и обоснована идея о концептуальном единстве (неотделимости) технических средств и технологий, что необходимо учитывать при законодательном регулировании порядка их применения в следственных действиях;

– разработана формулировка цели применения технических средств и цифровых технологий, обусловливающая оптимизацию содержания законодательного регулирования порядка их применения при производстве следственных действий.

По мнению автора цель применения технических средств и цифровых технологий заключается в двух аспектах:

1) получение самостоятельных процессуальных доказательств, при обеспечении разработанных условий их применения;

2) реализация вспомогательной, в том числе, справочно-аналитической и иных, функций;

– представлена концепция двухуровневого законодательного регулирования применения технических средств и цифровых технологий при производстве следственных действий;

– обоснована авторская позиция о необходимости законодательного упрощения процедуры применения технических средств и цифровых технологий при производстве следственных действий, развитие которой в прикладном отношении представлена в виде совокупности предложений по совершенствованию порядка применения видео-конференц-связи, как основного технологического комплекса (технического средства и технологии), обеспечивающего дистанционный формат производства следственных действий;

– объективная необходимость упрощения законодательного регулирования порядка применения технических средств и цифровых технологий при производстве следственных действий получила развитие в авторской идее дифференцированного подхода к порядку протоколирования хода и результатов следственных действий, с изложением научной позиции о сокращенной форме протокола;

– изучение технического и уголовно-процессуального потенциала искусственного интеллекта позволило сделать вывод о недопустимости использования этой технологии в качестве способа оценки доказательств, с возможностью, тем не менее, ее применения для решения вспомогательных процессуальных задач.

Положения, выносимые на защиту:

1. Технические средства и технологии в уголовном судопроизводстве представляют собой целостную и неделимую систему взаимосвязанных компонентов, одновременно и существенно влияющих на ход и результаты производства следственных действий, на правовой статус его участников, в связи с чем уголовно-процессуальное регулирование должно предусматривать правила использования указанной совокупности элементов, а не только технических средств, которые сами по себе (без технологии) не способны породить процессуального результата.

2. Выявленные признаки, раскрывающие сущность технических средств в следственных действиях, позволили сформулировать их авторское понятие – устройства, обеспечивающие применение технологии, необходимой для обнаружения, фиксации, изъятия, закрепления, сохранения, воспроизведения и передачи сведений, имеющих значение для проверки сообщения о преступлении, установления обстоятельств уголовного дела, с закреплением этого понятия в пункте 54.1 ст. 5 УПК РФ. Одновременно предлагается дополнить ст. 5 УПК РФ пунктом 54.2, предусмотрев там понятие технологии как совокупности последовательно совершаемых действий (приемов), с использованием необходимых технических инструментов, направленных на получение процессуально полезного результата, в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом. Определено, что цифровые технологии как разновидность технологий – это разработанные цифровые алгоритмы, выступающие в виде целостного программного продукта, результат применения которого в уголовном судопроизводстве может иметь процессуальное значение.

3. Законодательное регулирование применения технических средств и технологий при производстве следственных действий постоянно находится в состоянии морального устаревания. Поэтому предлагается новый подход к законодательному регулированию, в рамках которого необходимо установить двухуровневую систему правил, где на первом уровне представлены основополагающие универсальные (общие) правила, с их локализацией в ст. 164.2 УПК РФ, относящиеся к любым видам технических средств и технологий, включая существующие и потенциально возможные в будущем технические достижения. К числу универсальных правил считаем необходимым отнести обязательную сертификацию технических средств и цифровых технологий. На втором уровне законодательного регулирования должны находиться специальные правила, определяющие порядок применения конкретных технических средств и технологий в отдельных следственных действиях.

4. Дистанционный способ производства следственного действия с применением исключительно видео-конференц-связи обеспечивает удаленное присутствие его участников, при наличии иных технических комплексов (например, веб-конференции), также позволяющих обеспечивать дистанционное производство, что вызывает необходимость совершенствования этого способа, обусловленного спецификой применяемой технологии удаленного присутствия.

5. Проведенное исследование убеждает в громоздкости порядка применения видео-конференц-связи в следственных действиях, затрудняющим применение этого технического достижения. Предлагается пересмотреть существующий подход законодателя к применению видео-конференц-связи при производстве следственных действий (только государственный орган, осуществляющий предварительное расследование), когда наличие локальных ведомственных технических средств и цифровых программных продуктов не только не облегчает решения возникающих проблем, а добавляет новые препятствия к эффективному их решению.

Кроме того, подлежит оптимизации и изложению в новой редакции ст. 189.1 УПК РФ за счет расширения числа следственных действий, производимых с использованием сертифицированных систем видео-конференц-связи, с возможностью направления поручения по электронным каналам связи, учета особенностей протоколирования следственного действия, проведенного с использованием систем видео-конференц-связи, сохранения в тайне личных данных лица, в отношении которого приняты меры безопасности и др.

6. Обосновывается авторская позиция о недопустимости использования искусственного интеллекта в качестве способа оценки доказательств, полученных при производстве следственных действий. Имеющийся в этом отношении опыт отдельных зарубежных стран не убеждает в его правильности и приемлемости для отечественного уголовного судопроизводства. Возникающие и неустранимые сомнения в объективности такой оценки превалируют над возможностью ускорить процесс расследования и рассмотрения уголовного дела. В то же время искусственный интеллект позволяет решать задачи по поиску и анализу информации в ходе следственного действия, построению процессуальных алгоритмов деятельности следователя и др.

7. Доминирующая в настоящее время позиция (в теории, законодательстве и практике) о второстепенном либо обеспечительном значении (как приложения к протоколу следственного действия) результатов применения технических средств и цифровых технологий не соответствует современным потребностям и реалиям. Решение проблемы самостоятельного доказательственного значения сведений, полученных с помощью технических средств и цифровых технологий при производстве следственных действий, заключается в приоритетном придании им значения иного документа по правилам, изложенным в новой редакции ст. 84 УПК РФ.

8. Единственно возможный в настоящее время порядок протоколирования хода и результатов следственных действий уже не является эффективным средством фиксации. Процессуальный потенциал результатов применения технических средств и цифровых технологий позволяет выдвинуть и обосновать идею о дифференциации порядка протоколирования следственных действий, когда в качестве альтернативы имеющемуся порядку протоколирования предлагается сокращенная форма протокола, обусловленная применением технических средств и технологий. Менее сложный порядок протоколирования, предлагаемый в новой части 8.1 ст. 166 УПК РФ и других предписаниях, определяющих особенности составления протоколов отдельных следственных действий, позволит повысить процессуальную привлекательность технических средств и технологий, расширит масштаб их практического применения, что как представляется, станет фактором, значительно ускоряющим производство по уголовному делу.

9. Проблемы реализации результатов использования достижений науки и техники в доказывании, актуальное состояние дискуссии о необходимости имплементации электронных доказательств потребовали формулирования законодательных предписаний, направленных на обоснование допустимости электронного протоколирования следственных действий, производимых с применением технических средств и цифровых технологий. 

PDF