Набатов М.Б. Реализация права на защиту в уголовном процессе в условиях применения цифровых технологий: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Москва, 2024. 28 с.

Научная новизна диссертационного исследования

обусловлена тем, что оно представляет собой одно из первых в российской науке уголовно-процессуального права исследований монографического уровня, посвященных реализации права на защиту в уголовном судопроизводстве в условиях развития цифровых технологий. Научная новизна исследования заключается также в системном изучении возможностей применения цифровых технологий при реализации права на защиту в современном российском состязательном уголовном процессе.

Положения, выносимые на защиту:

1. Механизм реализации прав обвиняемого на защиту существенно различается по способу их реализации. Далеко не все права могут быть реализованы обвиняемым непосредственно путем его собственного действия или поведения. Для использования отдельных прав обвиняемому требуется взаимодействие с властным субъектом, ведущим процесс, либо помощь и активная процессуальная деятельность защитника. Предложена авторская систематизация прав обвиняемого на защиту по механизму их реализации на: 1) права, которые обвиняемый способен реализовать самостоятельно; 2) права, которые обвиняемый может реализовать лишь посредством процессуальных действий или решений должностного лица, ведущего производство по делу; 3) права, которые обвиняемый реализует как самостоятельно, так и при помощи защитника; 4) права, которыми наделяется защитник для оказания квалифицированной юридической помощи обвиняемому в его защите от обвинения, которые защитник уполномочен использовать в целях реализации, защиты или обеспечения прав обвиняемого. Обоснован вывод, что значительный объем ключевых для обвиняемого прав на защиту он может реализовать лишь в том случае, если властный субъект обеспечит ему такую возможность и условия, а профессиональный защитник своевременно и в полном объеме окажет ему квалифицированную юридическую помощь.

2. Развитие цифровых технологий в уголовном судопроизводстве способно существенно расширить возможности обвиняемого в реализации его прав; уменьшить зависимость стороны защиты от усмотрения властных субъектов, выступающих на стороне обвинения, при реализации тех прав, которые в настоящее время реализуются исключительно при содействии должностных лиц. Это может существенно снизить проявления обвинительного уклона в уголовном судопроизводстве. Появление больших, в том числе и технических (цифровых), возможностей у стороны защиты при отставании своей позиции по делу также будет способствовать постановлению законного и обоснованного приговора, 10 основанного на всестороннем, объективном и беспристрастном исследовании материалов дела и установлении всех юридически значимых в данном деле обстоятельств, подлежащих доказыванию.

3. Цифровизация уголовного судопроизводства, ее возможности и риски в процессе реализации права на защиту, в большей степени коснутся деятельности адвоката-защитника, нежели самого обвиняемого, поскольку защитник является единственным невластным, но профессиональным участником уголовного судопроизводства, осуществляющим защитительную деятельность. Он призван оказывать квалифицированную юридическую помощь, используя все доступные ему средства, в том числе и технические. Цифровизация уголовного судопроизводства позволяет более активно использовать в познании фактических обстоятельств дела и их доказывании информацию, получаемую из различных цифровых источников, которые могут быть доступны и самому обвиняемому, и его защитнику-адвокату. Они получают дополнительные возможности для самостоятельного установления фактических обстоятельств, свидетельствующих о невиновности или смягчающих вину обстоятельств дела. Обвиняемый самостоятельно или с помощью иных лиц, в том числе и защитника, может обнаруживать дополнительные цифровые источники юридически значимой информации. Сторона защиты получает техническую возможность посредством электронной формы непосредственно вводить такую информацию в материалы уголовного дела, своевременно предоставляя ее для проверки и учета при расследовании или рассмотрении дела судом, не дожидаясь удовлетворения соответствующих ходатайств защиты властным субъектом процесса.

4. Участие стороны защиты в познании и доказывании может быть направлено не только на доказывание невиновности, но и на представление доводов о недоказанности обвинения. В силу требований ч. 2 ст. 14 УПК РФ сторона обвинения обязана не только доказать все обстоятельства обвинения, но и опровергнуть с помощью соответствующих доказательств доводы, приводимые в защиту обвиняемого. Цифровые технологии получения и введения в материалы дела юридически значимой информации могут дать, во-первых, возможность защите более убедительно обосновывать доводы в пользу обвиняемого, во-вторых, позволят провести легальную проверку представленной информации и ее источников; в-третьих, обяжут сторону обвинения своевременно учитывать такую информацию для законного разрешения возникающих правовых вопросов уже в досудебном производстве.

5. При самостоятельном обнаружении, получении (собирании) защитником или обвиняемым источников цифровой информации, имеющей значение по делу, она должна выявляться, фиксироваться, копироваться или изыматься при участии лиц, обладающих специальными знаниями в области цифровых технологий, что соответствует праву защитника на привлечение специалиста, согласно п. 3, ч. 1, ст. 53 УПК РФ. В работе сформулированы следующие требования к получаемой цифровой информации: а) она должна быть неизменной на всем пути от ее получения до того, как она будет исследована судом; б) должна отвечать требованиям проверяемости и обеспечивать возможность повторить (проверить) весь путь движения этой цифровой информации любым иным субъектом доказывания. Это позволит минимизировать риски фальсификации цифровых доказательств, с одной стороны, и, с другой стороны, обеспечит техническую и процессуальную проверку достоверности информации. Такая информация не может не учитываться при принятии решений по юридически значимым вопросам уголовного дела.

6. Предложена авторская дефиниция понятия «цифровое (электронное) доказательство»: это информация, создаваемая, получаемая, обрабатываемая при помощи электронных технических средств и (или) находящаяся на электронном носителе информации, имеющая юридическое значение при производстве по данному уголовному делу.

7. Обоснована необходимость более свободного, безбарьерного предоставления цифровой информации и доказательств в уголовное дело стороной защиты. Для этих целей предлагается введение формата электронного уголовного дела (далее – ЭУД). ЭУД может быть построенной по сетевому принципу цифровой платформой с широкими возможностями для работы на ней всех участников уголовного судопроизводства в том объеме, который им предоставлен их процессуальными правами, полномочиями и процессуальной функцией. ЭУД должно обеспечивать технические цифровые средства идентификации и аутентификации участников судопроизводства. ЭУД может включать несколько служебных модулей, предназначенных для реализации отдельных задач. Среди таких модулей, в частности, предложен модуль «Защитник», позволяющий адвокату в пределах, регулируемых законом, осуществлять свои процессуальные функции в цифровом формате: вводить в ЭУД цифровую информацию, необходимую для осуществления защиты, или электронные доказательства, автоматически включаемые самой цифровой программой в объем ЭУД. Своевременное получение юридически значимой информации обеспечит ее проверку и оценку субъектами, ведущими процесс, в совокупности со всеми собранными доказательствами, а также учет такой информации при производстве по делу.

8. Обосновано, что при дальнейшем совершенствовании отечественного уголовно-процессуального законодательства необходимо учесть в качестве средств защиты от фальсификации и специальные средства технической защиты. К ним отнесены, например, а) применение электронных текстовых документов только в формате типа «PDF» 6 или его отечественного аналога со схожими характеристиками; б) использование технологии «блокчейн»7 ; в) закрепление в российском процессуальном законе таких требований к цифровым (электронным) доказательствам как неизменность, проверяемость, возможность повторения и проверки пути их движения от первоисточника до момента оценки доказательства судом. В этой связи предложено дополнить ч. 2 ст. 74 УПК РФ пунктом 4.1 «цифровые (электронные) доказательства»; ввести в УПК РФ ст. 82.1 «Цифровые  (электронные) доказательства», где раскрыть их характеристику; дополнить ч. 2 ст. 75 УПК РФ «Недопустимые доказательства» п. 2.4, определяющим недопустимость цифровых (электронных) доказательств (предложенный проект в приложении № 4).

9. Учитывая, что адвокат – единственный профессиональный участник на стороне защиты, равный по профессиональной подготовке властным субъектам, он обязан быть более активным участником доказывания, что требует расширения не только его полномочий, но и предоставления ему технических возможностей. Вопросы объема помощи, значения вводимой информации, содержания позиции и тактики ее осуществления отнесены к исключительной компетенции адвоката, не требуют согласований с участниками, ведущими процесс. Поэтому защитник должен обладать правом посредством цифровых технологий вводить в производство по делу ту информацию, которая с его точки зрения обеспечит квалифицированность и полноту защиты. Все споры о достаточности и относимости информации, ее целесообразности, квалифицированности, этичности работы адвоката по делу – это сфера исключительной компетенции органов адвокатского самоуправления, а не органов, осуществляющих процесс. Цифровые технологии в уголовном судопроизводстве могут в значительной мере решить обозначенные проблемы.

PDF